Главная тема

Главная тема 

«За дутые уголовные и административные дела чиновники должны отвечать»

Бизнес-газета «Наш регион — Дальний Восток» № 01(132), январь 2018

Говорить о проблемах в развитии агропромышленного комплекса России можно долго. Особенно на Севере, где помимо общеотраслевых бед проявляется ещё и местная специфика. Специфика климатическая, специфика транспортная и так далее. Но, несмотря на всё это, АПК Камчатского края развивается весьма динамично. Здесь региональным и муниципальным властям удаётся эффективно поддерживать свои сельскохозяйственные предприятия. В результате местные жители имеют возможность покупать вкусную, полезную и экологически чистую продукцию. Впрочем, тут не всё так безоблачно. О том, что мешает развитию АПК территории, — в интервью с генеральным директором ОАО «Молокозавод Петропавловский» Василием МИЛОВАНОВЫМ.

Странный подход

— Василий Николаевич, об отраслевой деятельности вашей компании мы ещё поговорим. Тем более что ваше предприятие является одним из основных участников рынка Камчатки. И ваша качественная продукция уже давно занимает заметное место на полках магазинов. Соответственно, темы для разговора есть. Но для начала главный вопрос: что вам мешает работать?

— В первую очередь, постоянно меняющиеся правила игры в российском законодательстве. И странный подход надзорных органов, которые, так уж получается, вставляют палки в колёса производственникам. И не только производственникам, но и всей системе жизнеобеспечения Камчатки. Я, возможно, жёстко выражаюсь, но так оно и есть.

— Давайте начнём с правовых коллизий. Что вы имеете в виду, когда говорите о меняющихся правилах игры в законодательстве?

— Можно привести множество примеров. Но вот один из самых ярких. Как известно, с 1 января 2018 года все производители продуктов животного происхождения, то есть мяса, птицы и молока, будут обязаны работать в рамках Федеральной государственной информационной системы (ФГИС) «Меркурий». Якобы с помощью электронных ветеринарных сертификатов будет наведён порядок в отрасли. Но если вдуматься, то становится очевидным — всё произойдёт с точностью до наоборот. Преимущества приобретут как раз производители «левой» продукции. А вот реально работающие компании пищевой отрасли получат как раз лишнюю головную боль.

— Почему?

— Да потому, что мы и так работаем в строгом соответствии с имеющимися нормативами. В соответствии с ГОСТами, техническими условиями, ветеринарными требованиями и так далее. Зачем нам электронный сертификат? И я уж не говорю о том, что продавцы будут обязаны «гасить» каждый электронный ветеринарный сертификат.

Но самое главное заключается в том, что производители низкокачественных продуктов изготавливают продукцию из непонятно какого сырья, без труда получат этот самый пресловутый электронный сертификат. Какие проблемы? У них нет необходимости тратить свои силы на нормальную деятельность. Они не руководствуются ни ГОСТами, ни техническими условиями, ни другими базовыми нормами. А о ветеринарном контроле они знают разве что сугубо теоретически. Так для них «Меркурий» — это безусловное благо. Именно для них, я это подчёркиваю. Оформление электронного сертификата дело не простое. Вот только расплачиваться за всё вновь будет потребитель.

— Получается, мы рискуем столкнуться с потоком некачественной продукции?

— Совершенно верно. При таких инновациях мы с этим обязательно столкнёмся.

— Как вы считаете, для каких целей это делается?

— Ну, вопрос однозначно не ко мне. Лично я вообще не понимаю, почему некоторые наши федеральные чиновники с завидной регулярностью занимаются изобретением велосипеда. Для чего им это? Повторюсь,

и в СССР, и в России были разработаны и действуют государственные стандарты. И там всё предельно чётко регламентировано. Помимо этого, в каждой отрасли и на каждом предприятии существуют не менее строгие технические условия. Ни один нормальный производственник отступать от них не будет. Нам это просто ни к чему. Ну и, конечно же, нас регулярно проверяют, и даже более чем надо, представители всевозможных надзорных органов.

Всё вышеперечисленное (и ГОСТы, и технические условия, и деятельность надзорщиков) уже давно работает в рамках единой системы. Так зачем дополнять её ещё и никому не нужными, а по сути — откровенно вредными новшествами? Причём я почти уверен — со временем всё это станет общеизвестным и систему «Меркурий» отменят. Потратят на её внедрение кучу денег, поставят под удар всех производственников и продавцов, а потом разведут руками и скажут что-то вроде: ну не получилось, бывает, возвращаемся к обычной работе. В России, к сожалению, так происходит сплошь и рядом.

Пойди найди

— Если говорить о проверках надзорных органов, то кто тут «отличается» в первую очередь?

— Да что тут скрывать, прокуратура, разумеется. Она ведь не просто надзирает, она ещё и инициирует всевозможные проверки. И тут, кстати, есть элемент серьёзного лукавства.

— Какой?

— Мы регулярно слышим выступления высокопоставленных чиновников, которые говорят: количество плановых проверок снижается. Они не должны проводиться чаще, нежели в определённый нормативный период. И вот тут-то как раз есть два момента.

Если брать в качестве примера предприятия пищевой отрасли, то кто попадает даже под эти плановые проверки? А я отвечу, крупные предприятия. У которых и так всё нормально, которые никогда не будут нарушать закон. Мы и так работаем в соответствии с установленными требованиями. Под это «заточена» вся наша деятельность, весь наш промышленный цикл. Зато тех самых производителей «левой» продукции, о которых я уже говорил, никто не проверяет. Пойди их ещё найди.

И второй момент, когда говорят о снижении количества плановых проверок, то никто не подразумевает, что будет уменьшаться число проверок внеплановых. А их более чем достаточно. Ну и, конечно же, нельзя забывать — деятельность некоторых сотрудников прокуратуры просто тормозит развитие очень нужных нашему региону проектов.

Палки в колёса

— Каких именно проектов?

— Давайте будем говорить конкретно. Петропавловску-Камчатскому, да и всему Камчатскому краю уже давно нужен собственный сельскохозяйственный рынок. Тут ведь решаются две задачи — сельхозпроизводители могут торговать своей продукцией непосредственно с машин, а покупатели получают возможность приобретать свежие местные продукты.

И вот наша компания ещё в 2011 году разработала соответствующий проект. Он был утверждён. Разумеется, для создания сельхозрынка понадобилась земля. И её нам выделили. Выделили строго по закону. Но на этой территории росли деревья. Что мы сделали как законопослушные арендаторы? Разумеется, обратились в администрацию городского округа Петропавловск-Камчатский с просьбой предоставить разрешение на вырубку деревьев. И такое разрешение было дано. С указанием количества этих самых деревьев (127 насаждений, если быть точным) и с определением кадастрового номера участка.

Разумеется, все соответствующие параметры, связанные с местом выбора участка и его границами, были утверждены в министерстве имущественных и земельных отношений Камчатского края. Так что у нас на руках оказался полный пакет разрешительных документов. После чего мы произвели вырубку. И заплатили, опять же, как и положено по закону, по 4 тысячи 500 рублей за каждое срубленное дерево. Казалось бы, в чём тут может быть проблема? Сельскохозяйственный рынок нужен Камчатке? Нужен! Проект утверждён? Утверждён! Все разрешения получены? Получены! Земля выделена? Выделена! Компенсация за вырубленные деревья выплачена? Выплачена! Пришла пора приступать к самому строительству.

Но дальше начались странности. Вначале по указанию прокуратуры было возбуждено уголовное дело по факту незаконной вырубки деревьев неустановленными лицами. Хотя мы ни от кого не скрывали — деревья вырублены нами. На основании соответствующих разрешений, подчеркну это ещё раз, и с компенсацией за вырубку. Затем Камчатская межрайонная природоохранная прокуратура стала вычислять вред природе, руководствуясь какими-то умозрительными заключениями. Например, они зачем-то измеряли пеньки вырубленных деревьев. Хотя в официально утверждённой Правительством РФ «Методике исчисления вреда, причинённого лесам, в том числе зелёным насаждениям…» чётко сказано, что при исчислении размера ущерба диаметр ствола измеряется на уровне 1 метра 300 сантиметров. К чему было пеньки проверять?

Или каким образом в деле появился довод природоохранного прокурора о том, что вырубка производилась за пределами отведённых участков? А как же те кадастровые номера, которые фигурировали в деле? Они что, с потолка взялись? Или куда деть официальное заключение Государственного земельного надзора от 5 ноября 2015 года, где было недвусмысленно констатировано: «Земельный участок используется в соответствии с целевым назначением…»?

Впрочем, всё это — юридическая казуистика. Факт остаётся фактом — в течение пяти лет вся эта история разбиралась в прокуратуре и судах. Краевая прокуратура обжаловала распоряжение министра имущественных отношений региона о выделении нам земельного участка. То есть поставила под сомнение, что все согласования в этой связи были законными. Однако и городской суд Петропавловска-Камчатского, и впоследствии суд Камчатского края отказали прокурору в его требовании.

Тем самым было официально, по суду признано: правда на нашей стороне. В дальнейшем по указанию прокуратуры, администрацией Петропавловск-Камчатского городского округа были внесены изменения в правила землепользования и застройки, и назначение земельного участка изменилось с зоны, допускающей торговлю на зону скверов и лесов. В связи с чем выданное разрешение на строительство было отозвано. И Камчатка осталась без столь нужного региону сельскохозяйственного рынка. Вот так сотрудники надзорных ведомств отработали «на благо» нашей территории. И всё это позволяет мне сделать вывод: прокуратура Камчатского края, природоохранная прокуратура, прокуратура Петропавловска-Камчатского совершали незаконные и вредные для региона действия. И суды в своих определениях это подтвердили. Вот только никто из прокурорских чиновников не понёс никакой ответственности хотя бы за то, что на Камчатке так и не был реализован столь нужный проект, как строительство сельскохозяйственного рынка.

По суду

— Василий Николаевич, наша газета регулярно публикует аналогичные истории, которые происходят во всех регионах Дальнего Востока. Нет, сами истории, конечно, разные. Просто основа общая — силовые структуры и надзорные органы откровенно тормозят развитие как производственных, так и социальных проектов. Причём впоследствии предпринимателям порой даже удаётся отстоять свою правоту в судах. Но поезд, как говорится, ушёл. И проекты остаются нереализованными. Как вы думаете, есть какой-то выход из таких ситуаций?

— А вот это — резонный вопрос. По моему мнению, представителей надзорных органов необходимо привлекать к уголовной и административной ответственности за незаконное возбуждение уголовных и административных дел. Да, в УК РФ есть соответствующая статья. Но она фактически не работает. Якобы доказать умысел при возбуждении таких дел крайне сложно. Ничего подобного! Тут следует руководствоваться вынесенными судебными решениями.

Например, должностное лицо возбуждает в отношении предпринимателя уголовное дело, связанное с хозяйственной деятельностью последнего. Но в суде (неважно какой инстанции) бизнесмену удалось доказать свою невиновность. Соответственно, после этого должностные лица, возбуждавшие дело, должны сами отправиться на скамью подсудимых.

Та же история и с административным производством. Привлёк кого-то к ответственности незаконно — отвечай! Конечно, это касается представителей всех без исключения надзорных органов. И я уверен, реальная уголовная или административная ответственность конкретных должностных лиц станет сдерживающим фактором для тех, кто готов фабриковать дела. Или для тех, кто из карьерных соображений, да хотя бы из-за собственной некомпетентности, этому способствует.

— А вы верите в объективность судов?

— Вы знаете, верю. Проблемы, связанные с объективностью судов, конечно же, существуют. Но нередко людям удаётся доказывать свою правоту именно в судах. Это — факт. Хотя, если быть объективным, суды встают на сторону предпринимателей буквально в единичных случаях. Но ответственность надзорщиков и правоохранителей за незаконное возбуждение уголовных и административных дел, в любом случае, нужна.

— Такой подход не повлияет на то, что сотрудники силовых структур, из страха попасть под уголовную, да пусть и хоть под административную ответственность, станут просто игнорировать реальные дела?

— Я сам довольно долго отработал в правоохранительных органах. В частности, служил в милицейском подразделении, которое курировало столь сложную отрасль, как рыбопромышленный комплекс. И могу заявить со всей ответственностью — любой нормальный следователь или оперативник всегда может отличить реальное дело от «дутого». И он никогда не испугается ответственности за свои действия, если они законны.

Власть для людей

— А претензии к региональным или муниципальным властям у вас есть?

— Тут как раз другая история. Причём на всех вертикалях власти есть чёткое понимание происходящих процессов. Например, наша компания — ОАО «Молокозавод Петропавловский» стала резидентом свободного порта Владивосток. Это крайне важная и нужная инициатива федеральных властей, призванная стимулировать развитие многих отраслей. И все преференции, в этом плане, очевидны. Второй пример — губернатор Владимир ИЛЮХИН и практически все руководители края, включая Министерство сельского хозяйства и иные структуры, делают всё возможное для нашей территории.

О чём говорить, если при покупке новой техники краевые власти компенсируют сельхозтоваропроизводителям до 50 процентов от её стоимости. А при покупке оборудования (доильного и навозоудаления) компенсация доходит до 80 процентов от первоначальной цены. Или взять в качестве примера тот же льготный энерготариф для сельхозпредприятий. Ведь это является одним из серьёзнейших факторов в нашем развитии. Всемерно помогают нам и муниципальные власти. Так что здесь идёт планомерная и, уверяю вас, качественная работа, направленная на достижение высоких результатов. И эти результаты очевидны.

— Да, об этом можно судить даже на примере вашего предприятия. Как известно, вы выпускаете около 30 наименований различной продукции. А ваше молоко пользуется особой популярностью у камчатцев. За счёт чего?

— В первую очередь потому, что это натуральный, свежий, вкусный и однозначно полезный продукт. Причём мы выпускаем его с учётом потребностей населения.

— Это как?

— Например, в нашей линейке продуктов есть пастеризованное молоко с йодказеином «Умница», предназначенное главным образом для детей. Есть у нас и молоко, обогащённое двенадцатью витаминами. Так что мы заботимся ещё и о здоровье наших земляков.

— Если уж говорить о детях, то какие ваши продукты им особенно нравятся?

— Да многие! В частности, фруктовый йогурт или напиток йогуртный «Снежок». В этом же перечне творог с фруктами или сырки творожные с изюмом. Плюс биойогурт «Бифиленд» с различными наполнителями. Ну и, конечно же, мороженое. Это, в первую очередь, пломбир ванильный, шоколадный и с мягкой карамелью «крем-брюле».

— Что предпочитают взрослые?

— Да то же молоко, например. Обычное питьевое, цельное и обезжиренное пастеризованное молоко. Все знают, что оно у нас, что называется, именно из-под коровы. Натуральное. Как и другие продукты. Сметана, кефир, ряженка, творог и прочее. За качество своей продукции мы отвечаем в полной мере. И люди это уже давно оценили. Наша продукция на прилавках не лежит. Её разбирают быстро.

— Вы уже завершили процесс модернизации?

— Для нас процесс модернизации непрерывен по определению. Он будет продолжаться всегда. Ведь на отраслевом рынке регулярно возникают новые технологии. И мы их используем.

— Нам говорили, что ваше предприятие платит едва ли не самые высокие зарплаты в пищевом комплексе Камчатки. Это так?

— Думаю, да. Средняя зарплата рабочего у нас составляет 58 тысяч рублей в месяц. Не говоря уж о полном соцпакете, которым обеспечивается каждый наш сотрудник. Плюс различные надбавки. Тринадцатая зарплата, четырнадцатая… На многих предприятиях об этом давно забыли. А у нас это — реальность. Мы осознаём свою ответственность и перед населением Камчатки, и перед каждым членом нашего коллектива. И перед своей малой родиной также. Не случайно суммы ежегодных отчислений в бюджеты всех уровней и во внебюджетные фонды в ОАО «Молокозавод Петропавловский» традиционно превышают 120 миллионов рублей. Так что наше развитие и развитие региона для нас — понятия равнозначные.

Беседовал Александр МАТВЕЕВ

Темы последних номеров 

На основании Федерального закона «О средствах массовой информации» просим считать публикацию «Дело „Медтехники“, или Как Верховный суд РФ переехал в Хабаровск», размещённую в бизнес-газете «Наш регион — Дальний Восток» (№ 6 (136), июнь 2018 года) ОФИЦИАЛЬНЫМ ЗАПРОСОМ:

• председателю Верховного суда Российской Федерации ЛЕБЕДЕВУ В. М.,

• исполняющему обязанности председателя Хабаровского краевого… читать полностью >
 
Правовое поле

Связь без права передачи

Доступ к этому благу цивилизации требует определённых физических устройств — телекоммуникационного оборудования, проводов, которые провайдеры в целях обеспечения доступа абонентов к Интернету устанавливают… читать полностью >

 
Эра милосердия

Артём рисует космос

Артём учится во втором классе, так как пошёл в школу позднее своих сверстников. Но «пошёл» — не совсем правильное слово, к нему учителя ходят домой. И Артём, несмотря на то, что учится… читать полностью >

 
ДВ-Видение