Главная тема

Главная тема 

«Выплаты северных надбавок должны стать делом государственным»

Бизнес-газета «Наш регион — Дальний Восток» № 01(132), январь 2018

Развитие животноводства на Камчатке, действительно, важная задача. Хотя бы потому, что доставка молочной продукции в этот транспортно изолированный регион дело долгое и вообще непростое. Да и о каком качестве молока можно говорить, если на его транспортировку уходит несколько недель. Поэтому выход может быть только один — расширение собственных производственных мощностей. Что, собственно, уже и происходит. Но и проблем у камчатских животноводов также хватает. Обо всём этом мы и поговорили с генеральным директором МУП УМП ОПХ «Заречное» Владимиром УСТИМЕНКО.

Без выпаса

— Владимир Алексеевич, каким был для вас 2017 год?

— Непростым, но в то же время интересным. С одной стороны, проявилось довольно много проблем, связанных с непростыми погодными условиями. С теми же дождями, например, что повлияло на качество кормов. С другой — мы стали работать в более современном формате. Это касается и содержания животных, и выпуска новой продукции. Для нас, в этом плане, год стал экспериментальным.

— Давайте начнём с условий содержания животных. Каково по численности поголовье скота в хозяйстве?

— На сегодняшний день порядка 2 тысяч 700 голов крупного рогатого скота. Из которых почти половина — это непосредственно дойное стадо.

— Что подразумевают новые условия содержания?

— Мы перестали выпасать животных на полях. Теперь они содержатся только в помещениях. Хотя, знаете, это новая форма для нас. По сути, так уже давно делается в большинстве аграрных стран.

— Что это даёт?

— Это даёт возможность полностью контролировать рацион кормления. А ведь это чрезвычайно важный момент, от которого напрямую зависит объём надоев. Да и качество молока тоже. Так что теперь мы полностью перешли на такую схему работы. И результаты уже есть. Молока становится больше, и оно лучше.

— А объёмы уточнить можно?

— Если в прошлом году наши работники надоили 4 тысячи тонн молока, то теперь этот показатель превысил 5 тысяч 400 тонн. Разница, сами понимаете, внушительная. Раньше о таких результатах на Камчатке могли только мечтать. Они вполне сопоставимы с результатами у наших коллег в сугубо аграрных регионах страны.

Всё по науке

— Вы сказали о рационе. А каким образом этот рацион просчитывается?

— Тут всё делается строго по науке. У нас есть договор с известной зарубежной консалтинговой компанией, которая нас и консультирует. Поэтому процесс кормления теперь отточен филигранно. Тут учтено всё — и сам рацион, и время, и другие тонкости. И это даёт результаты. О них я уже говорил. Впрочем, в нашем случае консалтинг подразумевает не только кормление. Тут всё в комплексе. Это и процесс осеменения, и сами условия содержания, и многое другое.

Хочу, чтобы меня правильно поняли, в животноводстве сейчас нельзя работать дедовскими методами. Здесь необходимо постоянно совершенствовать технологические процессы. Что мы и делаем.

— Планируете ли вы увеличивать поголовье?

— Не просто планируем, но и проводим в этом направлении конкретную работу. Например, мы уже заказали проект строительства нового животноводческого комплекса на 1 тысячу 200 голов КРС.

— И где вы заказали проект?

— У одной из профильных организаций в Нижнем Новгороде. Эта структура имеет большой опыт в создании такого рода проектов.

— Сколько помещений для содержания КРС у вас есть сегодня?

— У нас более двадцати таких помещений. Причём они соответствуют всем необходимым требованиям. Но свой животноводческий комплекс мы, в любом случае, будем расширять.

— Когда начнётся реализация проекта по строительству нового животноводческого комплекса?

— Уже в следующем году. Мы привыкли всё делать быстро и качественно. Поэтому наше предприятие развивается достаточно динамично.

— Вы сказали о продолжительных дождях, которые повлияли на качество кормов. Эта проблема ещё будет отражаться на вашей работе?

— Да, и мы к этому готовы. Но погоду предугадать сложно, несмотря на все прогнозы синоптиков. И сделать тут ничего нельзя. Приходится работать в тех условиях, которые есть. Хотя в нашем случае было обидно вдвойне. Ведь после того, как мы перевели коров на содержание исключительно в помещениях, у нас высвободились открытые площади. То есть те поля, на которых раньше паслись животные. И получилось, что кормов у нас стало больше. По объективным, так сказать, причинам. Но из-за дождей эти корма стали хуже.

— И что пришлось делать?

— Добавлять комбикорма. Другого выхода тут не было.

— К чему это приведёт?

— Думаю, к удорожанию молока. Пока мы пытаемся нивелировать ситуацию. Но ценообразование — процесс объективный. Если появляются лишние траты, это отражается на цене. Впрочем, повторюсь, пока об этом говорить рано. Мы, в любом случае, сделаем всё возможное, чтобы наша продукция была доступной для населения. Мы понимаем, насколько большое значение для Камчатки имеют собственные агропромышленные предприятия. Поэтому ценовая политика у нас однозначно разумная.

Никаких преимуществ

— Кстати, о муниципальном предприятии. Есть ли у МУПов какие-то преимущества перед другими участниками рынка?

— Скорее наоборот. Никаких преимуществ здесь нет. А вот сложностей в управлении более чем достаточно. И это порой негативно отражается на нашей работе.

— А в чём негатив?

— Ну вот смотрите, как мы с вами уже и говорили, Камчатка — транспортно изолированный регион. Поэтому все товары, всё оборудование сюда доставляется с «материка». На это уходит дополнительное время. Но если руководители частной компании могут заказать всё необходимое заранее, то у нас такой возможности нет.

Как директор муниципального унитарного предприятия, я обязан объявить и провести конкурс и только после этого приобрести то, что мне необходимо. А на это уходит по несколько месяцев. В результате теряется управленческая, да и производственная оперативность.

— Может быть какой-то выход из этой ситуации?

— Нет, это требования закона. Какой тут может быть выход? И я уж не говорю обо всех негативных моментах, связанных с ФЗ-44, когда определяющим фактором при проведении любой закупки является низкая цена. Не качество, а именно цена. Впрочем, об этом уже столько сказано, что повторяться не хочется.

За наш счёт

— Но ведь это не единственная ваша проблема?

— Рассказывать о проблемах можно долго. Но мы предпочитаем просто работать. Работать с полной отдачей.

— Что вы можете сказать о сугубо региональной проблематике? Та же транспортная изоляция, для вас это однозначный минус?

— А тут как посмотреть. С одной стороны, это добавляет сложностей. Но в то же время это и даёт возможности для развития. Ведь когда ты понимаешь, что рынок сельскохозяйственной продукции, особенно завозной, ограничен, появляются реальные перспективы для совершенствования собственного производства.

— Это как?

— Мы все понимаем, насколько непросто завозить продукцию на Камчатку. По крайней мере, транспортные расходы здесь играют серьёзную роль. Соответственно, ни у кого не вызывает сомнения — везут сюда далеко не самые качественные продукты. Ну не будет ни один бизнесмен работать себе в убыток. И когда он понимает, что на транспортировку придётся потратить серьёзные деньги, у него останется лишь один выход — купить что-то дешёвое и «навариться» на ценовой разнице.

И вот именно в этом случае у нас появляется возможность конкурировать не по цене, а по качеству. Не случайно нашу продукцию уже давно полюбили многие жители полуострова. Потому что она действительно вкусная, полезная и экологически чистая. Так что с транспортной изоляцией не всё так однозначно. Чего не скажешь о так называемых государственных гарантиях. Вот уж что мешает работать, так это именно они.

— Каким образом?

— Давайте посмотрим, что теперь получается. Раньше, в советские годы, на Дальнем Востоке, особенно в северных регионах, существовали повышенные коэффициенты при начислении заработной платы. Это было прерогативой государства. Что не удивительно, ведь тогда все организации были государственными.

Но в девяностые годы ситуация изменилась кардинально. И все северные выплаты были переложены непосредственно на предприятия. При том что условия развития бизнеса в России теперь равны для всех.

И в Камчатском крае, и, например, в Москве. Но в отличие от промышленников в западных регионах страны мы вынуждены (это требования закона) тратить серьёзные средства на выплату своим работникам северных надбавок, на оплату продолжительных (45 суток) отпусков, на проезд своих сотрудников к месту отдыха и обратно.

Но ведь каких-то дополнительных средств на это у нас нет. Мы работаем по простому и понятному принципу — сколько заработали, столько и получили. Плюс ко всему Камчатка — транспортно изолированный регион, что также влечёт дополнительные траты. А тут ещё и такое обременение в виде государственных гарантий. Соответствующие расходы у нас исчисляются десятками миллионов рублей. Для производственного бизнеса это чрезвычайно серьёзные затраты.

Поэтому, на мой взгляд, эту ношу должен брать на себя федеральный бюджет. Ведь власти России заинтересованы в опережающем развитии Дальнего Востока. Не случайно это является государственной задачей. Так что всё будет логично. Поймите правильно, мы не требуем каких-то льгот. Речь идёт как раз об уравнивании условий для бизнеса в нашей стране. И на западе, и на востоке.

— Но ведь обременение в виде государственных гарантий сказывается и на стоимости продукции?

— Конечно! А как иначе? Если мы вынуждены нести дополнительные затраты, то такие расходы будут непременно компенсироваться. То есть закладываться в цену. В этом, кстати, и заключается преимущество наших конкурентов из западных регионов страны.

Мало того что многие из них везут сюда дешёвые продукты, так они ещё и имеют возможность экономить на своих территориальных преимуществах. Им-то не нужно выплачивать своим работникам северные надбавки. От них никто не требует оплату продолжительных отпусков для своих специалистов. Им не надо тратиться на компенсацию проезда работников к месту отдыха и обратно. А в нашем случае всё это — требование закона. Причём жёсткое. Такой вот конкурентный негатив.

О продуктах

— Владимир Алексеевич, в структуре вашего предприятия есть ещё и современный молокозавод. Какую продукцию он производит?

— У нас более 30 наименований различной продукции. Это и молоко, и кефир, и ряженка, и йогурты, и сырки, и сыры… Тут довольно большой перечень.

— Что из всего этого пользуется самой большой популярностью у населения?

— А у нас нет продуктов, которые люди бы не любили. Иначе мы бы их не производили. Но наиболее активно покупают наше молоко. Что не удивительно. В ходе масштабной реконструкции мы приобрели отличное оборудование по очистке. И теперь наше молоко соответствует всем мыслимым стандартам. Оно действительно исключительно чистое и вкусное. Это в прямом смысле слова натуральный продукт.

Хотя у нас все продукты натуральные. Даже добавки. Не так давно мы стали производить йогурты с добавлением ягод, которые растут на Камчатке. Это жимолость, брусника и голубика. Так вот в сиропах для этих йогуртов нет вообще никаких консервантов.

— Какие новые продукты появились в этом году?

— Тут хотелось бы, в хорошем смысле, похвастаться двумя новыми сырками. Они уже завоевали популярность у наших жителей. В первом случае это сырок с шоколадом. Нетрудно догадаться, что его особенно полюбили дети. Во втором — солёный сырок с чесноком и огурцом. Нечто подобное хозяйки делают в домашних условиях. И вот теперь такой продукт появился на полках наших магазинов.

— Вы сказали о том, что начали производить сыры. Но ведь это вообще иная технология в молочном производстве. Как вам это удаётся?

— Соответствующая идея появилась у нас в марте этого года, то есть совсем недавно. И довольно быстро начался процесс реализации проекта. Для начала мы отправили своих специалистов на Алтай, чтобы они на месте увидели, как работает сыроваренное производство. А осенью пригласили известного технолога из Москвы, которая также помогла нам в создании рецептуры.

И вот теперь идёт сам производственный процесс. Тем более что его основа — качественное, абсолютно чистое молоко, нами была создана довольно давно.

— Какие сыры вы производите?

— Пока два вида — сыр «Заречный» типа каччота и сыр «Заречный» типа азиаго. А на подходе ещё один аналогичный продукт. Ну, а кроме того, мы производим свой сыр типа «Адыгейский». И для нас это реально интересная работа. Ведь если в других странах опыт сыроварения приобретался в течение столетий, то нам предстоит потратить на это всего несколько месяцев. Думаю, справимся.

— Это правда, что продукция вашего молокозавода получала призы на различных выставках?

— Да, правда. Например, в октябре наша ряженка получила золотую медаль на выставке «Золотая осень» в Москве. И это далеко не единственная наша награда.

О людях

— Сколько человек работает в вашей компании?

— У нас трудится почти 330 человек. И почти все — жители посёлка Раздольного.

— Кадровые проблемы испытываете?

— Кадровые проблемы испытывают все производственные предприятия Камчатки. Особенно в такой непростой отрасли, как сельское хозяйство. Поэтому порой приходится искать специалистов на стороне, в других регионах.

Впрочем, у нас созданы хорошие условия труда. Да и зарплаты у нас достойные. Не говоря уж о том, что каждый работник обеспечивается полным соцпакетом. А процесс модернизации производства позволит нам привлекать высококвалифицированных специалистов. Или обучать их на месте. Что также благо не только для нашей компании, но и для всей нашей территории.

Беседовал Александр МАТВЕЕВ

Темы последних номеров 

На основании Федерального закона «О средствах массовой информации» мы просим считать публикацию «Куда уходят миллиарды в энергетике?», размещённую в бизнес-газете «Наш регион — Дальний Восток» (№ 6 (136), июнь 2018 года), ОФИЦИАЛЬНЫМ ЗАПРОСОМ:

• заместителю Председателя Правительства РФ — полномочному представителю Президента РФ в Дальневосточном федеральном округе Ю. П. ТРУТНЕВУ,

• генеральному… читать полностью >
 
Правовое поле

Связь без права передачи

Доступ к этому благу цивилизации требует определённых физических устройств — телекоммуникационного оборудования, проводов, которые провайдеры в целях обеспечения доступа абонентов к Интернету устанавливают… читать полностью >

 
Эра милосердия

Артём рисует космос

Артём учится во втором классе, так как пошёл в школу позднее своих сверстников. Но «пошёл» — не совсем правильное слово, к нему учителя ходят домой. И Артём, несмотря на то, что учится… читать полностью >

 
ДВ-Видение